Французские драмы часто ходят по краю, балансируя между комедией положений и настоящей жизненной трагедией. Reine Mère, фильм две тысячи двадцать четвертого года, как раз из таких. Режиссер Манель Лабиди не стал гнаться за красивой картинкой, ему важнее было поймать настроение. Камелия Жордана здесь не просто играет, она проживает роль матери, которая пытается держать все под контролем, но внутри у нее самой все трещит по швам. Софьян Зермани и Дамиен Боннар отлично ее поддерживают, создавая ощущение настоящей семьи, где все друг друга любят, но иногда невыносимо бесят. Диалоги написаны так, что слышны оговорки, паузы, недоговоренности. Нет этого вылизанного сценарного блеска, когда каждая фраза бьет точно в цель. Здесь люди мямлят, перебивают друг друга, молчат не к месту. Рим и Рита Монфор в эпизодах добавляют жизни, их персонажи не просто фон, а часть этого большого семейного организма. Визуально фильм довольно скромный. Никаких эффектных пролетов камеры или неоновых закатов. Обычные квартиры, обычные улицы, обычный свет из окна. И именно эта обыденность делает историю близкой. Зритель не чувствует себя туристом в чужой жизни, он словно подсматривает в замочную скважину. Клементин Пуадац и Саадиа Бентайеб тоже заняты в проекте, их роли небольшие, но заметные. Темп повествования может показаться вялым тем, кто привык к клиповому монтажу. Но тут важно не событие, а реакция на него. Как герой смотрит в телефон, как он пьет кофе, как он избегает взгляда. Фарида Рахуадж и Жан-Бенуа Югё дополняют картину своими характерами. Финал не ставит точку, он скорее многоточие. Жизнь не заканчивается с титрами, проблемы не решаются волшебным образом. Это раздражает некоторых, но зато честно. Стефан Пезера замыкает актерский состав. В итоге получается кино не для галочки, а для души. После него не хочется анализировать операторскую работу, хочется просто посидеть в тишине. Возможно, позвонить маме. Или просто выдохнуть. Такие фильмы редкость, когда везде требуют экшена и драйва. Здесь же предлагают просто понаблюдать за людьми. И в этом есть своя прелесть, хоть и не сразу очевидная.
