Харуко Кано мечтала всю жизнь стоять у классной доски в обычной японской школе. Но её яркие наряды и неумение подстраиваться под строгий дресс-код стоили ей этой мечты — на собеседовании её вежливо, но твёрдо попросили искать другую работу. Теперь она подрабатывает учителем на замену, пока однажды бывший преподаватель не предлагает ей временный контракт: три месяца преподавать японский в специальной школе для иностранцев.
Первый день на новом месте становится шоком. В классе сидят не дети, а взрослые со всего мира: американец Джек, который говорит на японском лучше многих местных, но использует устаревшие почтительные формы, будто вышел из романа конца XIX века; индиец Сайрус, пытающийся понять разницу между «сумасшедшим» и «одержимым»; студенты из Китая, Кореи, Европы — каждый со своим багажом вопросов, на которые Харуко никогда не задумывалась ответить. Почему мы говорим «итадакимасу» перед едой, но не объясняем, откуда взялась эта фраза? Почему частицу «нэ» добавляют в конце предложения? Что значит «кирей» — красивый или чистый?
Рииса Нака играет Харуко без наигранной миловидности: её героиня теряется, путает ответы, иногда краснеет от стыда, когда не может объяснить очевидное. Но именно в этих моментах неуверенности она начинает замечать то, чего не видели годы учёбы в педагогическом вузе — живой язык, который дышит, меняется и принадлежит не учебникам, а людям. Её ученики не просто заучивают иероглифы. Они спрашивают, почему японцы извиняются за опоздание на три минуты, но молчат, когда кто-то плачет в метро. Эти вопросы заставляют Харуко впервые по-настоящему услышать свой родной язык.
Сериал режиссёра Сайто Юки снят по мотивам популярного комикса Содзо и Унно Нагико. Здесь нет драматичных поворотов сюжета — только тёплые, иногда смешные, иногда трогательные моменты встречи культур. Каждая серия раскрывает новый пласт языка через глаза тех, кто пришёл в него извне. И постепенно становится ясно: учитель и ученики учатся одновременно. Харуко учит иностранцев грамматике, а они учат её видеть красоту в том, что она всю жизнь считала обыденным.