В тихом пригороде Токио, где улицы утопают в зелени и жизнь течёт размеренно, семья Судзуки ведёт обычное существование — пока однажды не получает письмо из исследовательского института. В нём говорится, что их старший сын Кадзуя, погибший три года назад в автокатастрофе, оставил образцы ДНК для научного проекта. И теперь у родителей есть выбор: дать согласие на создание клона — не копии, не воскрешения, а ребёнка с его генами, который будет расти своим путём.
Мать, Акико, колеблется. Она помнит запах волос сына после дождя, как он оставлял грязные кроссовки у входа, как смеялся над её глупыми шутками. Отец, Такэси, молчит — его работа инженера научила его верить в логику, но сердце отказывается принимать простые решения. А младшая дочь Юи, которой было всего десять, когда брат умер, просто спрашивает: «Он будет помнить меня?»
Сериал режиссёров Кавасимы и Окамото не спешит давать ответы. Вместо громких дебатов о морали клонирования камера следует за повседневными моментами: как Акико машинально накрывает два места за столом, как Такэси до сих пор не убрал велосипед сына из сарая, как Юи хранит потрёпанную бейсбольную перчатку в шкафу. Когда в их дом приходит маленький Рё — ребёнок с глазами Кадзуи, но с собственным характером и страхами, — семья сталкивается не с научной сенсацией, а с чем-то более сложным: как любить того, кто одновременно чужой и свой?
Томохиро Итикава играет Такэси без пафоса — его герой не философствует о природе человека, он просто пытается понять, как смотреть в глаза мальчику, который напоминает ему о самом болезненном. Юкари Таки в роли Акико передаёт внутреннюю борьбу не через монологи, а через жесты: как она замирает, завидев Рё на фоне заката, или как её рука тянется поправить ему воротник — тот самый жест, которым она поправляла Кадзую.
«Клон» не предлагает зрителю готовых выводов. Здесь нет злодеев в белых халатах и нет идеализированных героев. Есть люди, которые пытаются жить дальше, нести свою боль и одновременно открыть сердце новому существу, рождённому из этой боли. Иногда Рё ведёт себя так, что сердце замирает — жест, интонация, мимолётная улыбка. Но чаще он просто ребёнок, который боится темноты и любит мороженое с клубникой. И именно в этих обычных моментах скрывается главный вопрос сериала: что делает нас нами — гены или память тех, кто нас любил?